О дивный новый секс

На новом стриминговом сервисе Peacock (в России — на «КиноПоиск HD») стартовал сериал, основанный на знаменитом романе «О дивный новый мир» Олдоса Хаксли. Книга давно стала одной из лучших антиутопий. А многое, описанное в ней, уже сбылось.

Однако авторы адаптации решили сделать акцент не на философии, а на сюжетных поворотах. И в итоге потеряли все идеи оригинала, заменив их лишь яркой картинкой.

Осовремененная версия истории

Действие разворачивается в мире будущего, в городе под названием Новый Лондон. Все жители появляются на свет искусственным путём и ещё до рождения разделены на касты: от «альф», занимающих руководящие должности, до «эпсилонов», выполняющих механическую чёрную работу.

Само построение общества исключает личную привязанность к кому-либо, все принадлежат всем даже в сексуальном плане. Любые тревоги и переживания подавляют синтетическим наркотиком «Сома», не имеющим побочных эффектов.

В центре сюжета — «альфа» Бернард Маркс (Гарри Ллойд), который в отличие от остальных любит уединение, и «бета» Ленина Краун (Джессика Браун-Финдли), попавшая под подозрение руководства из-за привязанности к одному партнёру.

Вместе они отправляются в парк развлечений, где обитают «дикари» — люди, живущие по старым порядкам. Те женятся, ревнуют, рожают детей. А заодно устраивают показательные разборки и даже перестрелки для приезжих гостей. И там герои сталкиваются с Джоном (Олден Эренрайк), после чего меняется не только их жизнь, но и общество в целом.

Уже сама завязка сюжета заметно отличается от книги. Но это не плохо, ведь антиутопия, вышедшая почти 90 лет назад, во многом устарела. А «Дивному новому миру» очень идут обновления.

О дивный новый сексКадр из сериала «Дивный новый мир»

В мире будущего есть общая сеть «Индра», позволяющая не только общаться, но и наблюдать за каждым человеком. Специальные линзы сразу оценивают статус нового знакомого. В романе это определяли по цвету одежды — более чёткий, но грубый ход. Да и идея показать «дикарей» не представителями древних индейских племён, а нашими современниками делает сюжет более острым.

В общем, у авторов были все шансы создать современную историю, соответствующую тезисам Хаксли. Тем более что за постановку первых двух серий отвечал Оуэн Харрис, работавший над несколькими эпизодами «Чёрного зеркала». И наследственность чувствуется: режиссёр неплохо показывает дополненную реальность и футуристические технологии. Иногда подводят лишь спецэффекты.

«О дивный новый мир» — в противовес, скажем, «451 градусу по Фаренгейту» Рэя Брэдбери — отлично бы выглядел в обновлённом варианте. Но беда в том, что авторы убрали идеи оригинала, а взамен показали самую стандартную антиутопию, которая ничем не запоминается.

Тотальный контроль вместо всеобщего счастья

Увы, создатели сериального «Дивного нового мира» решили сделать ставку не на рассказ об обществе, а на динамику сюжета и неожиданные повороты. А потому идеи Хаксли забывают с первых же эпизодов.

Главное отличие романа от «1984» Оруэлла и прочих популярных антиутопий в том, что автор показывал мир, где все действительно счастливы.

Это не общество подавления: никто, кроме пары исключений (например, Бернарда), и не задумывается, что можно быть недовольным своей жизнью.

О дивный новый сексКадр из сериала «Дивный новый мир»

В экранной версии несчастными кажутся все. Забитые «эпсилоны» страдают постоянно, и даже «альфы» и «беты» регулярно сомневаются. За провинности героев отчитывают, а «Индра» обеспечивает тотальный контроль. В разговорах все постоянно унижают нижестоящих, и даже внутри касты царит конкуренция.

Идеальное общество превратили в банальную историю подавления. И это сразу исключает линию, где лишь Бернард понимал: счастье заложили в них искусственно.

Открытость в сексе у Хаксли тоже появилась не просто так. Он показывал, что в мире, где важны лишь плотские удовольствия (это характерно для общества потребления), интимными и непристойными могут стать другие вещи.

Например, герои краснели при упоминании слов «мать» и «отец», зато легко обсуждали своих сексуальных партнёров. И ведь это во многом похоже на современное общество, где личная информация ценнее откровенных фотографий.

О дивный новый сексКадр из сериала «Дивный новый мир»

Сериал показывает секс таким же сакральным, просто групповым и максимально извращённым — самая плоская трактовка. Упоминание родственных связей, детства и многих других явно запрещённых тем и вовсе никого не смущает.

Хуже всего, что в сериале просто забывают о самой идее общества потребления, где даже спортивные игры зависели лишь от дорогостоящего оборудования. Пару раз повторяют знаменитую фразу «Чем старое чинить, лучше новое купить», но ничем её не подтверждают.

Детектив в «Мире Дикого Запада»

Чтобы не дать зрителю заскучать, в «Дивный новый мир» добавляют много жанровых элементов. В первых же эпизодах появляется детективная линия, явно отсылающая к историям вроде «Я, робот».

Это опять-таки разрушает само ощущение идеального общества, где все на своём месте.

И сюжет снова не укладывается в образ мыслей действующих лиц: даже слово «вирус» им приходится объяснять, а вот самоубийство все воспринимают хоть и с ужасом, но как что-то очевидное.

О дивный новый сексКадр из сериала «Дивный новый мир»

Окончательно сюжет разваливается, когда герои попадают в парк развлечений. К самой идее, что «дикари» не просто живут в искусственной среде, а работают на потеху публике, можно относиться по-разному. В этом есть определённая ирония. Тем более что успевают высмеять и страсть современных американцев к распродажам, и спорные моменты классического брака.

Беда в том, что всё это слишком напоминает «Мир Дикого Запада», разве что без андроидов. «Дикари» изо дня в день повторяют одни и те же представления, а посетители относятся к ним с презрением. И если поначалу кажется, что претензия надуманна, то последующие сюжетные повороты откровенно копируют знаменитый сериал-предшественник.

О дивный новый сексКадр из сериала «Дивный новый мир»

Всё это ещё больше подчёркивает, что показанный мир максимально груб и несчастен. Жители Нового Лондона наслаждаются, наблюдая за страданиями и унижением (в книге Бернард и Ленина были в шоке, увидев кровавый обряд «дикарей»); обитатели парка постоянно злы и ненавидят окружающих.

Единственный плюс в том, что Олден Эренрайк не напоминает свой образ из «Хана Соло» и новый имидж ему очень идёт. А Деми Мур в роли его матери Линды и вовсе предстаёт в очень необычном для себя амплуа и моментально перетягивает всё внимание. Жаль, что её показывают мало.

Мелодрама и страдания

Противопоставление идей двух миров в романе Олдоса Хаксли позволяло взглянуть на недостатки как одного, так и другого общества. Недаром Линду плохо принимали среди «дикарей», а Джон чувствовал себя неуютно в Новом Лондоне.

О дивный новый сексКадр из сериала «Дивный новый мир»

Контраст между искренней привязанностью к одному человеку, к чему изначально тяготела Ленина, и всеобщей доступностью сам по себе уже ярко отражает задумку автора. Но экранная версия добивает это рассказами о любви с первого взгляда, верности и прочими клише.

А из истории, которая служила в романе лишь фоном, делают чуть ли не главную интригу первых серий, приводя к неестественно пафосному и трагическому повороту.

И это снова создаёт ощущение, что отсутствие идеи попытались прикрыть раздутой мелодрамой и всеобщими страданиями. Вот только драм в футуристичной обстановке сняли уже много, чтобы эта хоть чем-то зацепила.

Читайте также:  Семейники против плавок: какие трусы помогут вам зачать ребёнка

Очевидно, что для яркого старта платформе Peacock нужен хит с громким именем. А в нынешнем мире антиутопии кажутся всё более актуальными. Вот только «Дивный новый мир» упустил все важные мысли.

Он копирует другие сюжеты и немного пересказывает оригинал, но слишком поверхностно, потеряв хоть какую-то индивидуальность.

Как будто сериал сняли герои из мира книги, не привыкшие задумываться об истинном смысле.

Елена Малышева расстроила россиян сексом с роботами

О дивный новый секс

YouTube

По словам телеведущей, скоро появятся говорящие андроиды, и люди заменят ими живых партнеров, а интимная жизнь постепенно сведется к минимуму.

Телеведущая и доктор медицинских наук Елена Малышева эпатировала своих подписчиков в инстаграме неожиданным рассказом о том, какими будут интимные отношения людей через десяток-другой лет. «О дивный новый секс» – озаглавила она свой пост.

«Секс – часть великой физиологии человека. Он не изменялся на протяжении тысячелетий. Но что будет с нами в ближайшие 10 лет. Как изменится близость?» – обратилась ведущая передачи «Жить здорово!» к своей аудитории.

О дивный новый сексСекс-роботы для мужчин

Со ссылкой на свежие исследования и мнения футурологов Малышева заявила, что в обозримом будущем появятся секс-роботы, способные вести беседу со своими хозяевами. Люди будут чувствовать себя с ними комфортнее и раскрепощеннее, чем с живыми партнерами, поэтому роботы очень быстро полностью «оккупируют» интимную сферу.

Кроме того, по словам теледоктора, изменится природа человеческого оргазма: он станет еще больше зависеть от разума, «исходить из головы». Но сексуальная жизнь при этом оскудеет, поскольку с годами желание людей заниматься сексом будет постепенно ослабевать – плотские утехи падут жертвами видеоигр, сериалов, соцсетей и т.д.

О дивный новый сексПервый секс-робот для женщин, Генри от компании Realbotix

Подписчики очень заинтересовались этими рассуждениями и начали, как обычно, задавать вопросы. На некоторые телеведущая ответила. Например, одна женщина спросила, желает ли Малышева «такое» собственным детям и внукам. «Конечно нет. Человеку нужен человек. Но это прогноз. Грустный и горький. Но ведь есть время исправить?» – написала в ответ Елена.

Напомним, в начале апреля врач-сексолог Евгений Кульгавчук предупредил, что длительное половое воздержание вызывает развитие серьезных болезней как у мужчин, так и у женщин. Прекрасный пол из-за отсутствия секса страдает миомами и мастопатией, не говоря уже о неврозах из-за накапливающегося стресса.

Сильный пол расплачивается за «целибат» снижением полового влечения и высокой вероятностью преждевременной андропаузы. «Мужчины старше 40 лет рискуют вообще не вернуться в «большую игру», – запугивает людей медик. По его словам, если речь идет о прерывании половой жизни на несколько недель, в этом нет ничего страшного, а вот когда счет пошел на месяцы и годы – проблем не избежать.

До этого Кульгавчук рассуждал о влиянии коронавируса на сексуальную жизнь людей. Он напомнил, что это тяжелое заболевание подкашивает все здоровье в целом и, разумеется, негативно сказывается на либидо.

Сексолог призвал тех, чьи партнеры недавно переболели COVID-2019, с пониманием отнестись к их нежеланию заниматься сексом: восстановление занимает около полугода, и на протяжении этого срока в интимной сфере могут быть неполадки.

Что же касается секс-роботов, то о своей готовности заменить ими живых партнеров еще в 2017 году заявлял каждый четвертый опрошенный. За счет таких людей, по прогнозам ученых, в скором времени появится новая сексуальная ориентация – цифросексуальность. В 2016 году британский футуролог Иэн Пирсон предсказал, что секс-роботы заменят человеку половых партнеров уже через 10 лет или около того.

Ольга Лазарева

О дивный новый мир

Низший обслуживающий персонал Парклейнской умиральницы состоял из двух групп Бокановского, а именно из восьмидесяти четырех светло-рыжих дельтовичек и семидесяти восьми чернявых длинноголовых дельтовиков. В шесть часов, когда заканчивался их рабочий день, обе эти близнецовые группы собирались в вестибюле Умиральницы, и помощник подказначея выдавал им дневную порцию сомы.

Выйдя из лифта, Дикарь очутился в их гуще. Но мыслями его по-прежнему владели смерть, скорбь, раскаяние; рассеянно и машинально он стал проталкиваться сквозь толпу.

– Чего толкается? Куда он прется?

Из множества ртов (с двух уровней – повыше и пониже) звучали всего лишь два голоса – тоненький и грубый. Бесконечно повторяясь, точно в коридоре зеркал, два лица – гладкощекий, веснушчатый лунный лик в оранжевом облачке волос и узкая, клювастая, со вчера не бритая физиономия – сердито поворачивались к нему со всех сторон.

Ворчание, писк, острые локти дельт, толкающие под ребра, заставили его очнуться. Он огляделся и с тошнотным чувством ужаса и отвращения увидел, что снова его окружает неотвязный бред, круглосуточный кошмар роящейся, неразличимой одинаковости.

Близнецы, близнецы… Червячками кишели они в палате Линды, оскверняя таинство ее смерти. И здесь опять кишат, но уже взрослыми червями – ползают по его горю и страданию. Он остановился, испуганными глазами окинул эту одетую в хаки толпу, над которой возвышался на целую голову.

«Сколько вижу я красивых созданий! – всплыли в памяти, дразня и насмехаясь, поющие слова. – Как прекрасен род людской! О дивный новый мир…»

– Начинаем раздачу сомы! – объявил громкий голос. – Прошу в порядке очереди. Без задержек.

В боковую дверь уже внесли столик и стул. Объявивший о раздаче бойкий молодой альфовик принес с собой черный железный сейфик. Толпа встретила раздатчика негромким и довольным гулом. О Дикаре уже забыли. Внимание сосредоточилось на черном ящике, поставленном на стол. Альфовик отпер его. Поднял крышку.

– О-о! – выдохнули разом все сто шестьдесят две дельты, точно перед ними вспыхнул фейерверк.

Раздатчик вынул горсть коробочек.

– Ну-ка, – сказал он повелительно, – прошу подходить. По одному, без толкотни.

По одному и без толкотни близнецы стали подходить. Двое чернявых, рыжая, еще чернявый, за ним три рыжие, за ними…

Дикарь все глядел. «О дивный мир! О дивный новый мир…» Поющие слова зазвучали уже по-иному. Уже не насмешкой над ним, горюющим и кающимся, не злорадной и наглой издевкой.

Не дьявольским смехом, усугубляющим гнусное убожество, тошное уродство кошмара. Теперь они вдруг зазвучали трубным призывом к обновлению, к борьбе.

«О дивный новый мир!» Миранда возвещает, что мир красоты возможен, что даже этот кошмар можно преобразить в нечто прекрасное и высокое. «О дивный новый мир!» Это призыв, приказ.

– Кончайте толкотню! – гаркнул альфовик. За хлопнул крышку ящика. – Я прекращу раздачу, если не восстановится порядок.

Дельты поворчали, потолкались и успокоились. Угроза подействовала. Остаться без сомы – какой ужас!

– Вот так-то, – сказал альфовик и опять открыл ящик.

Линда жила и умерла рабыней; остальные должны жить свободными, мир нужно сделать прекрасным. В этом его долг, его покаяние. И внезапно Дикаря озарило, что именно надо сделать, – точно ставни распахнулись, занавес отдернулся.

– Следующий, – сказал раздатчик.

Очередная дельтовичка подошла к столу.

– Остановитесь! – воскликнул Дикарь громогласно. – Остановитесь!

Он протиснулся к столу; дельты глядели на него удивленно.

– Господи Форде! – пробормотал раздатчик. – Это Дикарь. – Раздатчику стало страшновато.

– Внемлите мне, прошу вас, – произнес горячо Дикарь. – Приклоните слух… – Ему никогда прежде не случалось говорить публично, и очень трудно было с непривычки найти нужные слова. – Не троньте эту мерзость. Это яд, это отрава.

Читайте также:  «Бычье сердце»: чем полезен самый мясистый сорт томатов

– Послушайте, мистер Дикарь, – сказал раздатчик, улыбаясь льстиво и успокоительно. – Вы мне позволите…

– Отрава и для тела, и для души.

– Да, но позвольте мне, пожалуйста, продолжить мою работу. Будьте умницей. – Осторожным, мягким движением человека, имеющего дело с заведомо злобным зверем, он погладил Дикаря по руке. – Позвольте мне только…

– Ни за что! – крикнул Дикарь.

– Но поймите, дружище…

– Не раздавайте, а выкиньте вон всю эту мерзкую отраву.

Слова «выкиньте вон» пробили толщу непонимания, дошли до мозга дельт. Толпа сердито загудела.

– Я пришел дать вам свободу, – воскликнул Дикарь, поворачиваясь опять к дельтам. – Я пришел…

Дальше раздатчик уже не слушал; выскользнув из вестибюля в боковую комнату, он спешно залистал там телефонную книгу.

– Итак, дома его нет. И у меня его нет, и у тебя нет, – недоумевал Бернард. – И в «Афродитеуме», и в Центре, и в институте его нет. Куда ж он мог деваться?

Гельмгольц пожал плечами. Они ожидали, придя с работы, застать Дикаря в одном из обычных мест встречи, но тот как в воду канул. Досадно – они ведь собрались слетать сейчас в Биарриц на четырехместном спортолете Гельмгольца. Так и к обеду можно опоздать.

– Подождем еще пять минут, – сказал Гельмгольц. – И если не явится, то…

Зазвонил телефон. Гельмгольц взял трубку.

– Алло. Я вас слушаю. – Длинная пауза и затем: – Форд побери! – выругался Гельмгольц. – Буду сейчас же.

– Что там такое? – спросил Бернард.

– Это знакомый – из Парклейнской умиральницы. Там у них Дикарь буйствует. Видимо, помешался. Времени терять нельзя. Летишь со мной?

И они побежали к лифту.

– Неужели вам любо быть рабами? – услышали они голос Дикаря, войдя в вестибюль Умиральницы. Дикарь раскраснелся, глаза горели страстью и негодованием.

 – Любо быть младенцами? Вы – сосунки, могущие лишь вякать и мараться, – бросил он дельтам в лицо, выведенный из себя животной тупостью тех, кого пришел освободить.

Но оскорбления отскакивали от толстого панциря; в непонимающих взглядах была лишь тупая и хмурая неприязнь.

– Да, сосунки! – еще громче крикнул он. Скорбь и раскаяние, сострадание и долг! – теперь все было позабыто, все поглотила густая волна ненависти к этим недочеловекам.

 – Неужели не хотите быть свободными, быть людьми? Или вы даже не понимаете, что такое свобода и что значит быть людьми? – Гнев придал ему красноречия; слова лились легко. – Не понимаете? – повторил он и опять не получил ответа. – Что ж, хорошо, – произнес он сурово.

 – Я научу вас; освобожу вас наперекор вам самим. – И, растворив толчком окно, выходящее во внутренний двор, он стал горстями швырять туда коробочки с таблетками сомы.

При виде такого святотатства одетая в хаки толпа окаменела от изумления и ужаса.

– Он сошел с ума, – прошептал Бернард, широко раскрыв глаза. – Они убьют его. Они…

Толпа взревела, грозно качнулась, двинулась на Дикаря.

– Спаси его Форд, – сказал Бернард, отворачиваясь.

– На Форда надейся, а сам не плошай! – И со смехом (да! с ликующим смехом) Гельмгольц кинулся на подмогу сквозь толпу.

– Свобода, свобода! – восклицал Дикарь, правой рукой вышвыривая сому, а левой, сжатой в кулак, нанося удары по лицам, не отличимым одно от другого. – Свобода! (И внезапно рядом с ним оказался Гельмгольц.

) Молодчина Гельмгольц! (И тоже стал отбивать атакующих.) Теперь вы люди наконец! (И тоже стал швырять горстями отраву в распахнутое окно.) Да, люди, люди! – И вот уже выкинута вся сома.

Дикарь схватил ящик, показал дельтам черную его пустоту. – Вы свободны!

С ревом, с удвоенной яростью толпа хлынула опять на обидчиков.

– Они пропали, – вырвалось у Бернарда, в замешательстве стоявшего в стороне от схватки.

И, охваченный внезапным порывом, он бросился было на помощь друзьям; остановился, колеблясь, устыженно шагнул вперед, снова замялся и так стоял в муке стыда и боязни – без него ведь их убьют, а если присоединится, самого его убить могут, – но тут (благодарение Форду!) в вестибюль вбежали полицейские в очкастых свинорылых противогазных масках.

Бернард метнулся им навстречу. Замахал руками – теперь и он участвовал, делал что-то! За кричал:

– Спасите! Спасите! – все громче и громче, точно этим криком и сам спасал. – Спасите! Спасите!

Оттолкнув его, чтоб не мешал, полицейские принялись за дело. Трое, действуя заплечными распылителями, заполнили весь воздух клубами парообразной сомы. Двое завозились у переносного устройства синтетической музыки. Еще четверо – с водяными пистолетами в руках, заряженными мощным анестезирующим средством, – врезались в толпу и методически стали валить с ног самых ярых бойцов одного за другим.

– Быстрей, быстрей! – вопил Бернард. – Быстрей, а то их убьют. Упп… – Раздраженный его криками, один из полицейских пальнул в него из водяного пистолета. Секунду-две Бернард покачался на ногах, ставших ватными, желеобразными, жидкими, как вода, и мешком свалился на пол.

Из музыкального устройства раздался Голос. Голос Разума, Голос Добросердия. Зазвучал синтетический «Призыв к порядку» № 2 (средней интенсивности).

– Друзья мои, друзья мои! – воззвал Голос из самой глубины своего несуществующего сердца с таким бесконечно ласковым укором, что даже глаза полицейских за стеклами масок на миг замутились слезами. – Зачем вся эта сумятица? Зачем? Соединимся в счастье и добре.

В счастье и добре, – повторил Голос. – В мире и покое. – Голос дрогнул, сникая до шепота, истаивая. – О, как хочу я, чтоб вы были счастливы, – зазвучал он опять с тоскующей сердечностью.

 – Как хочу я, чтоб вы были добры! Прошу вас, прошу вас, отдайтесь добру и…

В две минуты Голос при содействии паров сомы сделал свое дело. Дельты целовались в слезах и обнимались по пять-шесть близнецов сразу. Даже Гельмгольц и Дикарь чуть не плакали. Из хозяйственной части принесли упаковки сомы; спешно организовали новую раздачу, и под задушевные, сочно-баритональные напутствия Голоса дельты разошлись восвояси, растроганно рыдая.

– До свидания, милые-милые мои, храни вас Форд! До свидания, милые-милые мои, храни вас Форд! До свидания, милые-милые…

Когда ушли последние дельты, полицейский выключил устройство. Ангельский Голос умолк.

– Пойдете по-хорошему? – спросил сержант. – Или придется вас анестезировать? – Он с угрозой мотнул своим водяным пистолетом.

– Пойдем по-хорошему, – ответил Дикарь, утирая кровь с рассеченной губы, с исцарапанной шеи, с укушенной левой руки. Прижимая к разбитому носу платок, Гельмгольц кивнул подтверждающе.

Очнувшись, почувствовав под собой ноги, Бернард понезаметней направился в этот момент к выходу.

– Эй, вы там! – окликнул его сержант, и свинорылый полисмен пустился следом, положил руку Бернарду на плечо.

Бернард обернулся с невинно-обиженным видом. Что вы! У него и в мыслях не было убегать.

– Хотя для чего я вам нужен, – сказал он сержанту, – понятия не имею.

– Вы ведь приятель задержанных?

– Видите ли… – начал Бернард и замялся. Нет, отрицать невозможно. – А что в этом такого? – спросил он.

– Пройдемте, – сказал сержант и повел их к ожидающей у входа полицейской машине.

Новости в России и в мире — Newsland — информационно-дискуссионный портал. Новости, мнения, аналитика, публицистика

Вчера я опубликовал статью Линдермана «Отречёмся от ветхого пола. Странные переодевания в латвийских детсадах», внизу которой была ссылка, на которую многие, по моему, совсем не обратили внимания. Поскольку это всё по этой же животрепещущей гендерной теме — публикую …

Читайте также:  Упражнения дикуля для спины при грыже позвоночника: примеры и правила выполнения

Алексей Праведнов

———————————————————————————————————

Новость о том, что из электронных дневников литовских школьников исчезли слова «отец» и «мать», замененные на «родитель 1» и «родитель 2», широко облетела СМИ и социальные сети. Это не самодеятельность литовских чиновников, они лишь исполнили рекомендации Совета Европы.

 В решении СЕ от 2010 г. сказано, что употребление слов «отец» и «мать» являются проявлением сексизма. Инициаторами новшества выступили швейцарские социалисты, в их стране  эти «сексистские» термины уже несколько лет как полностью изъяты из официальных документов.

 Удивительно, но никто, по-моему, не обратил внимания, что эта реформа в точности соответствует знаменитой антиутопии Олдоса Хаксли «О дивный новый мир». Я и сам читал книгу довольно давно, подзабыл детали, но недавно посмотрел снятый по книге фильм и поразился предвидению Хаксли.

Ведь «О дивный новый мир» написан в 1932 году, более 80 лет назад! 

Вот фрагмент, где студенты стесняются произносить слова «отец» и «мать», поскольку они признаны непристойными:

 — А «родители»? — вопросил Директор.Неловкое молчание. Иные из студентов покраснели. Они еще не научились проводить существенное, но зачастую весьма тонкое различие между непристойностями и строго научной терминологией. Наконец один набрался храбрости и поднял руку.— Люди были раньше… — Он замялся; щеки его залила краска. — Были, значит, живородящими.— Совершенно верно. — Директор одобрительно кивнул.— И когда у них дети раскупоривались…— Рождались, — поправил Директор.— Тогда, значит, они становились родителями, то есть не дети, конечно, а те, у кого… — Бедный юноша смутился окончательно. — Короче, — резюмировал Директор, — родителями назывались отец и мать.

 Гулко упали (трах! тарах!) в сконфуженную тишину эти ругательства, а в данном случае — научные термины.

А вот о ювенальной юстиции:     

— Мать, — повторил Директор громко, закрепляя термин, и, откинувшись в кресле, веско сказал: — Факты это неприятные, согласен. Но большинство исторических фактов принадлежит к разряду неприятных /…/ Вы должны помнить, что тогда, в эпоху грубого живородящего размножения, детей растили их родители, а не государственные воспитательные центры.

 В соревновании писателей-футурологов Хаксли, безусловно, обыграл Оруэлла. Оруэлл конструировал будущее, исходя из реалий прошлого и настоящего. Тогда как Хаксли брал за основу прогнозов не факты, а модные идеи своего времени — интеллектуальные ростки, которым только предстояло воплотиться в факты. Оруэлл переоценил роль насилия в тоталитарных системах будущего и сильно ошибся насчет секса. Он полагал, что сексуальная свобода и тоталитаризм несовместимы и всегда будут пребывать в конфликте. В романе Хаксли сексуальная свобода и тоталитаризм великолепно уживаются. Что касается грубого физического насилия, то в нем нет необходимости — его заменяют медицинские манипуляции и пропаганда. Из человека можно вылепить все, что угодно государству, не прибегая к казням, тюрьмам, полицейским дубинкам и т.п. 

Еще один фрагмент из романа Хаксли, где он точно предугадал будущие уроки «секс-просвета» в школах:

 Из соседних кустов вышла няня, ведя за руку плачущего мальчугана. Следом семенила встревоженная девочка.— Что случилось? — спросил Директор.Няня пожала плечами. — Ничего особенного, — ответила она. — Просто этот мальчик не слишком охотно участвует в обычной эротической игре. Я уже и раньше замечала. А сегодня опять. Расплакался вот /…/ Веду его к помощнику старшего психолога, чтобы проверить, нет ли каких ненормальностей./…/ Директор, глядя ей вслед, затем, повернувшись к студентам, сказал: — То, что я вам сообщу сейчас, возможно, прозвучит как небылица. /…/

И он сообщил им поразительную вещь. В течение долгих столетий до эры Форда и даже потом еще на протяжении нескольких поколений эротические игры детей считались чем-то ненормальным (взрыв смеха) и, мало того, аморальным («Да что вы!») и были поэтому под строгим запретом. Студенты слушали изумленно и недоверчиво. Неужели бедным малышам не позволяли забавляться? Да как же так?..

 Так что, уважаемые «живородящие», добро пожаловать в воплощенную антиутопию! В книге «О дивный новый мир» есть еще много попаданий в «яблочко», я выбрал лишь некоторые из них. Кстати, рекомендую посмотреть экранизацию, она так и называется «Дивный новый мир» (1998 г.). Надеюсь, вы проникнетесь здоровым отвращением к «светлому» завтра, в которое нас ведут. 

Другой роман-антиутопия, где удивительно точно предсказана будущая социальная роль гомосексуализма, — «Вожделеющее семя» Энтони Берджесса (широкой публике известен, главным образом, как автор «Заводного апельсина»). Один из персонажей романа Дерек Фокс, будучи плодовитым гетеросексуальным самцом, ради карьеры прикидывается гомосексуалистом.

 Он шел, сунув портфель под мышку и поблескивая перстнями, которые загорались один за другим на вытянутых пальцах рук, что-то оживленно говорил франтоватому коллеге. Наблюдая эту великолепную имитацию обычного поведения гомосексуалиста — второй, прилюдный облик Дерека, — Беатриса-Джоанна так и не смогла бесследно подавить ту вспышку презрения, которая возникла где-то внутри. Она уже слышала обрывки его речи; его движения были грациозны, как у танцора. И никто не знал, никто, кроме нее, не знал, что за сатир скрывается за этой внешностью существа без пола. /…/ Дерек Фокс прощался с сослуживцем («Очень хорошее предложение, дорогой мой. Обещаю вам, завтра мы обязательно что-нибудь придумаем»), с лукавым видом трижды похлопав его по левой ягодице. Брат Дерека Тристрам, напротив, терпит карьерную неудачу — именно по причине своей нормальной ориентации. Его начальник перечисляет других кандидатов на высокий пост в школьной администрации, большинство из них — «гомо» и, следовательно, более соответствуют должности…  Невольно задумываешься: а может быть, большинство тех персонажей, которые сегодня торжественно совершают т.н. «каминг-аут» (публично заявляют о своей приверженности однополой любви), являются не природными, а именно «карьерными» гомосексуалистами? Мэр Парижа, мэр Берлина, мэр Цюриха… кто следующий? Все считают своим долгом оповестить мир о своей сексуальной ориентации, которую уже язык не поворачивается назвать «нетрадиционной», — настолько она стала традиционной для европейских чиновников и политиков высокого ранга. Книга «Вожделеющее семя» написана 50 лет назад. По сегодняшним европейским меркам, ее острый сатирический пафос — несомненное проявление «гомофобии» и «расизма». Сказка стала былью. 

*  *  *

 Напомню, что в Латвии продолжается сбор подписей за внесение поправок в Закон о защите прав детей. Общество «Защитим наших детей» предлагает внести два дополнения в закон. Первое: «В детских образовательных учреждениях и в учреждениях по уходу за детьми половое воспитание должно быть основано на статье 110 Конституции Латвийской республики. В детских образовательных учреждениях и вучреждениях по уходу за детьми запрещены реклама и популяризация сексуальных и брачных отношений между лицами одного пола».

Второе: «Детей запрещено вовлекать — как в качестве участников, так и в качестве зрителей — в мероприятия, целью которых является реклама и популяризация сексуальных и брачных отношений между лицами одного пола».

 Владимир Линдерман

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *